Записки журналиста (zelenyislon) wrote,
Записки журналиста
zelenyislon

ПУТЬ К СЕБЕ!

  В различных телепередачах нам всё время рассказывают о развалившихся российских деревнях, о пьяни, которая живёт в глубинке. Ощущение, что на Руси не осталось крестьянства. Но попав на Алтай, понимаешь, что это не совсем так. Вернее, совсем не так. Вопреки всем демократическим реформам, кое-где деревни не только сохранились, но ещё и расширяются, обновляются, раскрашиваются различными цветами так, что сверху, с вертолёта, кажутся собранными из детского конструктора «Лего».







  Самая знаменитая деревня на Алтае – Сростки. Стоит она у срастания двух рек: Катуни и Бии, которые сливаются здесь, среди холмов, в знаменитую Обь. Думаю, что название реки – Обь – от слова «обе».







  Сростки – родная деревня Василия Шукшина. Сохранился дом его матери, который он купил ей в 70-ые годы.







  В память о нашем русском гении, режиссёре, писателе, актёре, на горе за деревней проходят ежегодные шукшиновское чтения. Прямо напротив памятника Василию Макаровичу. Стоишь на холме, и такая за деревней открывается даль и ширь, что хочется превратиться в этот памятник, застыть и смотреть, смотреть, и ещё раз смотреть на свободолюбивые просторы. И набираться от них силы, для того, чтобы выстоять, не потерять себя.







  Низкий русский поклон латышскому режиссёру Херманису, который вопреки маркетингу, вычислившему успех театральной депрессухи и чернухи, поставил спектакль по рассказам Василия Макаровича с Мироновым и Хаматовой в главных ролях. Чтобы вжиться в роли, Херманис предложил актёрам поехать в деревню Сростки поглядеть на типажи людей, описанных в рассказах. Вернувшись с Алтая – вот он урок нам, русским людям, - Херманис во всеуслышание сказал: «Вы, русские, не знаете, что ваша валюта – это ваша земля и ваши люди!»







  Алтайские лошади, как и местные жители, ростом не вышли. И не очень фигуристые. Зато необычайно умны, выносливы и надёжны: отпустишь поводья – сама тебя в нужное место доставит, словно у неё в голову вмонтирован GPS-навигатор.







  Приезжали на Алтай из Франции «покататься» в загадочных горах ихние графья. Захотелось им на красоты российские поглядеть, себя, естественно, показать - как наездничать умеют! Привезли с собой лаковые чёрные сапожки для верховой езды, кепчонки брендовые, хлысточки, ретузы кальсонистые, белоснежные …. И в таком виде поутру заявились в нашу конюшню. Лошади, как их увидели, вместе с конюхом ржать начали.

  Французы сильно расстроились. Они ж думали в России все лошади рысаки, сивки-бурки, вещие каурки. А тут? Помесь кобылы с ишаком. На таких не поскачешь через частоколы местные покосившиеся, ежами ощетинившиеся, не попрыгаешь. Зато через неделю, расставаясь с этой «помесью», плакали, обнимали, будто с верными друзьями прощались: ни разу над кручей бездонной ни у одной из них нога не «поскользнулась», в горных реках на каменистом дне в стремнине не подкосилась!







  Да, не поскакали, как мечталось….. Но ведь и негде было, да и некогда. Красота зато вона какая! Только успевай любоваться.







  Мишка на дереве.







  Самые любимые и почитаемые у славян среди животных и птиц – медведь, волк и лебедь. Почему? Самое главное для них в жизни – семья. Лебеди остаются верными даже после смерти одного из «супругов». Волк – один из самых заботливых отцов. Медведица готова броситься, как Матросов на амбразуру, ради своих медвежат.







  Кстати берёза – тоже неспроста любимое дерево славян. Поглядите внимательно, как растут берёзки. Пучками-семейками! А потом семейки разрастаются, и – целая рощица-племя. А рощицы уже сливаются в целый лес-страну.








  Алтай – замечтательный край для человекофобов. Каждый год в местные деревни прибывают со всех уголков России мизантропы, которым осточертели суета, телевизор и Интернет. Одна из таких деревень в народе зовётся Городом Мастеров. Здесь поселились художники, писатели, резчики по дереву, берестяных дел мастера, кузнецы-умельцы, мастерицы по вышивкам.















  В городе Мастеров есть даже свой собственный театр.







  И в нём не часто, но проходят спектакли и концерты местной, а также заезжей самодеятельности.







  А дискотека, чтобы в деревне не нарушалось душевное «Беловодье» творческих человекофобов, вынесена на берег реки. Среди круч и порогов Катуни она кажется с другого берега беседкой для чаепития. Да и децибелы разжижаются просторами и не тревожат мирное недецибельное коренное алтайское население.







  Нигде в России я не встречал таких патриотических названий и вывесок, как на Алтае. Жива ещё наша славянская душа! И ведь все эти названия не вычислены маркетологами, а подсказаны чуйкой, сердцем, душой… Зато заманухами работают не хуже, чем иностранные бренды. Но форматным столичным маркетологам это пока невдомёк.















  В рестораны Сибири проникла столичная зараза, которая отшибает память у местных рестораторов о нашей родной еде.

  Даже в придорожных забегаловках сплошные салаты «Цезарь» и «Греческие». Ощущение, что Сибирь, и та, «огречилась» и «орамеилась».

- Скажите, а у вас из собственной сибирской еды ничего нет? – спрашиваю у официантки.

- Есть. Равиоли.

- Ваши, сибирские?

- Да, конечно. Ещё есть тартар из салмона.

- А драников из потато у вас нет?







  Поздно вечером вернулись на базу «ТурСиб».







  Только собрались перед сном согласно старинной русской традиции утрамбовать впечатления за день тройной костровой ухой с затушенной в ней головешкой…







  Подошли туристы из Новосибирска. Узнали:

- Ты всё, Николаич, знаешь. За кого голосовать-то надо?

  Что на это ответить?







  Мы, славяне, православные. Вечно верим, что придёт когда-нибудь добрый, хороший дядя-правитель, всех нас накормит, напоит, спать уложит, одеяльцем прикроет… А пока мы будем спать, ещё и вину каждого из нас искупит. Один за всех! А у этого выражения, между прочим, продолжение есть – и все за одного! Но мы почему-то об этом забыли…







  Наш Теремок после того, как на него сел медведь.

  Я тоже из этого теремка. И тоже православный, а потому бываю излишне доверчивым. Сегодня я бы поверил только тому, кто сказал бы: «Прежде чем вступать в Парижский клуб, поднимать экономику и приглашать инвесторов, мы проведём по всей России субботник: очистим то, что дано нам Богом, от мусора».





  Прикольно, согласитесь… В тайге провести субботник!









  А ещё я бы призвал всех голосовать только за того, кто пообещает изменить реформу образования. Ведь без образования никому не найти пути в Беловодье.







  Однажды утром, будучи в Гималаях, я подошёл к трём гималайцам – курили у костра, судя по всему, анашу. Спросил:

- Где тут у вас Шамбала?

  Старшой от такого вопроса затянулся поглубже, потом на ломаном английском ответил коротко, как и подобает всем гималайским мудрякам:

- Шамбала – в душе у каждого!

- Это такая сказочная страна. – пояснил мне, тупому европейцу, тот, что помоложе.

Потом они посовещались о чём-то и старшой спросил:

- Ты из Европы?

- Ну да, в какой-то степени…

- Тогда мы поняли, что тебе надо. Смотри, вон туда иди, прямо… За камнем направо, пятьсот метров – там Шамбала!

  Я пошёл. И правда! За камнем, смотрю, деревянная стрелочка-указатель. На ней ясно по-английски написано «Шамбала. 500 метров».

  И точно – ровно через пятьсот метров ресторан. Называется «Шамбала». Я сфотографировал. Хотел разослать всем, кто ищет Шамбалу и раскручивает на это дело спонсорьё. И что вы думаете? Фотка не получилась! Одно светлое пятно. Со святым словом не шутят.

  Слава Богу, на Алтае не додумались открыть ресторан «Беловодье». Ведь Беловодье – прав старшой гималаец – должно быть в душе, и за деньги его никак не приобрести.











Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 197 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →